LiveJournal TOP



enter LONG url
TOP30 users

Держа руку на пульсе событий

ru-auto

1. Сбербанк в 2017 году запустит несколько пилотных проектов в ряде регионов, которые позволят гражданам зарегистрировать квартиру, получить паспорт и водительские права в отделении банка, сообщил вице-президент Сбербанка Андрей Шаров.
"Банковский сотрудник будет выполнять функции сотрудника многофункционального центра", — сказал Шаров в кулуарах Восточного экономического форума (ВЭФ).
По его словам, пилотные проекты будут действовать на протяжении 2018 года.
Группа ВТБ также готова рассмотреть участие в подобных проектах, заявили РИА Новости в пресс-службе банка. В ВТБ добавили, что речь идет об участии банка в оформлении документов, но в каких конкретно не уточнили.


Почему водительские права, а не водительские удостоверения, хочется прокричать журнализдам?

2. По делу пьяного мальчика начался суд на водителкой. Очень много букв.

<"Двое друзей Алисовой положили сбитого мальчика в ее машину"

Что за двое неизвестных положили «пьяного мальчика» в салон сбившего его автомобиля после ДТП в Балашихе, могло ли произошедшее оказаться несчастным случаем и получится ли у защиты обвиняемой Ольги Алисовой доказать, что та подписала пустые протоколы: в Подмосковье набирают обороты судебные слушания по делу о громком ДТП. Свидетели настаивают, что женщина ехала по двору слишком быстро, могла спутать газ и тормоз и не пыталась помочь оказавшемуся под колесами ребенку.
Судебное разбирательство по одному из самых резонансных ДТП 2017-го года продолжается в Железнодорожном городском суде Подмосковья. Обвиняемая по делу — 31-летняя Ольга Алисова, под колесами автомобиля которой 23 апреля погиб шестилетний Алексей Шимко. Его отец, служащий «Росгвардии» Роман Шимко смог привлечь внимание СМИ к смертельному наезду на своего ребенка, и в итоге широкая огласка помогла довести разбирательство до суда. Первое полноценное слушание по существу прошло 4-го сентября, после того, как сторона защиты смогла, наконец, ознакомиться со всеми материалами дела.
Стороны и позиции
Роман Шимко пришел в суд в простых джинсах, клетчатой рубашке и кепке, закрывающей лицо. В утомленном взгляде решимость, тоска и некоторая растерянность. С ним вместе были два адвоката. Обвиняемая Ольга Алисова как всегда спокойная и сдержанная, предстала перед судом в железной клетке. Ее адвокат Наталья Куракина явилась в суд с традиционным опозданием, но в строгом сером костюме с розовым шарфом и новой прической. Все участники слушания уже узнают представителей СМИ и охотно поддерживают беседу. Но бодриться долго не получится — когда начнет выступать бабушка погибшего ребенка и расскажет, что пережила их семья, плакать будут и Шимко и сама Алисова.
В суде помимо журналистов собрались родственники и друзья семьи Шимко, их соседи по двору. Со стороны Алисовой — никого.
Несмотря на хитросплетения скандальной истории и противоречащие показания свидетелей, в самом начале заседания, которое продлилось более шести часов, стороны четко обозначили свои позиции, от которых, очевидно, и будет строиться дальнейшая тактика. Так, обвиняемая Алисова, которой согласно ч.3. ст. 264 статьи УК России грозит до пяти лет лишения свободы, свою вину признала лишь частично — только в том, что мальчик действительно погиб под колесами ее автомобиля в результате наезда.
Однако женщина и ее защита настаивают на том, что у Алисовой не было возможности увидеть выбежавшего на дорогу ребенка из-за припаркованных автомобилей. А, следовательно, это был несчастный случай.
Вполне возможно, что защита в таком случае рассчитывает на оправдательный приговор. В выступлении перед СМИ Куракина заявила, что пять лет — это страшный срок для молодой женщины с маленьким ребенком, которая работает на двух работах, чтобы содержать семью и каждый месяц вынуждена платить по 50 тыс. рублей по кредитам. При этом муж Алисовой находится в тюрьме. Также Куракина пожаловалась и на явную агрессию Романа Шимко по отношению к ней, ее подзащитной и даже свидетелей.
«Он поливает Алисову грязью, утверждает, что она принимала наркотики в момент наезда, хотя медосвидетельствование показало, что она совершенно трезва», — заявила Куракина. В свою очередь Роман Шимко лишь устало отмахнулся обвинений.
На первом заседании суд начал пошагово восстанавливать картину произошедшего при помощи свидетелей. В число основных задач защиты Алисовой было подвести суд к тому, что женщина не только не принимала участия в составлении схемы произошедшего ДТП, но и в состоянии шока подписала пустые протоколы, которые ей, якобы, подсунули следователи. Также, судя по вопросам защиты свидетелям, Куракина намерена доказать, что Алисова все-таки тормозила и по телефону, как ранее об этом заявляли в МВД России, в момент наезда не говорила.
Показания инспектора ГИБДД: чтобы не устроили самосуд спрятали за угол
Одними из самых важных показаний свидетелей стали выступления сотрудника ГИБДД Артема Зибницкого, который вместе с напарником оперативно прибыл к месту аварии и составлял часть необходимых документов, а также соседки Шимко — Тамары Лапкиной.
Так, инспектор Зибницкий, с трудом припоминая детали, рассказал, что непосредственного участия в осмотре ДТП и составлении схемы Алисова не принимала: сначала, согласно правилам, ее увезли на медосвидетельствование неподалеку. После привезли обратно на место, но, чтобы спасти ее от самосуда разгневанной толпы во дворе, ее снова усадили в машину и увезли за угол.
«Когда мы прибыли на место ДТП, врач сообщил, что ребенок труп, — рассказал Зибницкий. — Услышав это, толпа пыталась нанести женщине побои. Граждане находились в районе подъезда, кто-то прыгал на патрульный автомобиль, хотели заняться самосудом».
Как заявил инспектор, «Алисова вела себя слишком спокойно». Со скамеек доносится осуждающий шепот: «Да она вколола себе наркотики». Однако инспектор пояснил, что, женщина, возможно была просто в шоке. «Отец мальчика Роман Шимко постоянно подходил к машине, спрашивал ее, зачем она это сделала», — сказал Зибницкий.
На вопросы о том, как тело мальчика оказалось в автомобиле Алисовой инспектор заявил, что его положили туда прибывшие врачи скорой помощи, чтобы «зеваки не смотрели».
«После всех процессуальных действий ребенка увез специальный автомобиль, «труповозка», до этого он примерно три часа лежал в автомобиле Алисовой», — припомнил инспектор.
Адвокат Куракина несколько раз пыталась строить вопросы так, чтобы узнать, все ли обстоятельства были указаны в составленном инспекторе рапорте и насколько он «правдив», но лишь после нескольких замечаний суда смогла сформулировать вопрос. В итоге полицейский заявил, что документ содержал в себе исчерпывающую информацию, был составлен по правилам, а Алисова с ним ознакомилась и подписала его.
Подсудимая реагировала на все вопросы сдержанно, но под конец допроса инспектора стала вытирать слезы.
Показания соседки
Свидетельница Тамар Лапкина, которая непосредственно видела наезд на ребенка из окна второго этажа, рассказала суду детали происшествия.
«Мальчик был с дедушкой рядом и подпрыгивал -— он не бежал, не летел, шел вприпрыжку и тут раздался резкий звук. Как будто автомобилистка перепутала тормоз с газом. Вот мальчик на середине капота, его сбивает автомобиль, и он пропадает — его не видно.
Дедушка бежит за автомобилем и бьет по капоту. Когда я вышла, то увидела, что мальчик лежит под колесами на боку. Девушка, которая была за рулем, тогда у нее была другая прическа и цвет волос, посмотрела на переднюю часть автомобиля, потом кому-то позвонила и встала в стороне у подъезда. Потом появились два человека лет 30-ти южной наружности — смуглая кожа, черные волосы», — заявила Лапкина.
На вопрос Куракиной о том, что было дальше, женщина стала рассказывать, что мальчик на тот момент еще был жив, но оказать помощь ребенку автомобилистка не пыталась. Роман Шимко, который уже не мог сдерживать слез и сжимал в руках телефон с фотографиями ДТП, попросил у суда разрешения покинуть зал, но суд попросил его остаться.
«Мальчик был жив, хрипел, пошла кровь, — продолжила свидетельница. — Девушка продолжала стоять у подъезда. Она не подходила к ребенку. Никакой физической помощи она оказывать не пыталась.
Эти два человека, которые общались с Алисовой, они и переложили ребенка на заднее сидение ее автомобиля. Я ей тогда сказала, что лучше его не трогать, но они все равно это сделали. При этом Алисова точно знала этих людей — она что-то отдала им. Какой-то сверток».
Свидетель заявила, что автомобилистка не тормозила сразу: на вопросы обвинителя она сначала рассказала, что тормозного следа вовсе не было, а потом рассказала, что он все-таки был, 50 см.
«Я не водитель, но часто смотрю в окно. Когда машины ездят медленно, слышен звук шин, а если быстро — слышен звук мотора. В этот раз я слышала звук мотора. И почему она не затормозила? Да, может быть, она не заметила ребенка сразу, но уже после удара, почему же она не остановилась сразу. Машину даже повело, но торможения не было, она остановилась только когда дедушка начал стучать по машине, — заявила свидетельница. — Был удар, и мальчик сразу пропал. Дедушка бил по капоту, кричал: «Что вы гоняете, как черти?». Потом он повторял эту фразу постоянно, как автомат».
Адвокат Куракина задала вопрос о том, где в этот момент находилась бабушка мальчика и что она говорила. Свидетельница не смогла это вспомнить, однако сообщила, что какой-то женский голос говорил, что мальчика нужно положить в автомобиль.
/lj-cut> src

Last posts:
Last posts