LiveJournal TOP



enter LONG url
TOP30 users

А.П. Чехов и его ручной мангуст по кличке Сволочь

foto-history

Оригинал взят у the_morning_spb в А.П. Чехов и его ручной мангуст по кличке Сволочь

Это снимок, сделанный неизвестным фотографом на палубе парохода Добровольного общества «Петербург» после выхода из Коломбо (о. Цейлон, ныне Шри-Ланка): Антон Павлович и мичман Глинка, в светлых костюмах и белых шляпах, держат в руках мангустов. Чехов привёз с Цейлона трёх зверьков. Одна самка, правда, оказалась пальмовой кошкой (предположительно, так в те времена называли малую циветту или мусанга), т.к. продавший её Чехову житель Цейлона попросту надул писателя.



Весной 1890 года Чехов отправился в своё знаменитое путешествие на Сахалин. Возвращался с острова он морским путём. Получив заграничный паспорт во Владивостоке, Чехов направляется мимо Японии, где в это время свирепствовала холера, к Гонконгу, Сингапуру, Цейлону. Потом Красное море, Суэцкий канал, Константинополь и, наконец, 1 декабря 1890 года Одесса. В дороге то сильная качка, то жара. К счастью, как выяснилось, Чехов не был подвержен морской болезни, а жару переносил легко.

Всё было ново для писателя. Однако яркие путевые впечатления не заглушили тяжёлого настроения. Самым сильным впечатлением во время морского путешествия была смерть двух пассажиров. Покойников бросили в море. «Когда глядишь, — рассказывает Чехов, — как мёртвый человек, завороченный в парусину, летит, кувыркаясь, в воду и когда вспоминаешь, что до дна несколько верст, то становится страшно и почему-то начинает казаться, что сам умрёшь и будешь брошен в море». Это тягостное впечатление сливалось в сознании Чехова со всем виденным на Сахалине и порождало тяжёлые мысли о трагической нелепости жизни. В этом настроении и был задуман рассказ «Гусев», начатый 12 ноября во время остановки в Коломбо.

Наконец, 7 (19) декабря 1890 года родные встречали его в Туле.

«Когда мы подъехали к Туле, — рассказывал брат и биограф Чехова Михаил Павлович, — скорый поезд, на котором ехал Антон, уже прибыл с юга, и брат обедал на вокзале в обществе мичмана Глинки, возвращавшегося с Дальнего Востока в Петербург, и какого-то странного с виду человека… с плоским широким лицом и с узенькими косыми глазками. Это был главный священник острова Сахалина, иеромонах Ираклий, бурят, приехавший вместе с Чеховым и Глинкой в Россию… Антон Павлович и Глинка привезли с собою из Индии по комнатному зверьку мангусу, и, когда они обедали, эти мангусы становились на задние лапки и заглядывали к ним в тарелки. Этот сахалинский иеромонах... эти мангусы казались настолько диковинными, что вокруг обедавших собралась целая толпа и смотрела на них, разинув рты».

Антон Павлович шутливо писал в одном из писем:

Н.А. Лейкину (10 декабря 1890 г. Москва)
«Из Цейлона я привёз с собою в Москву зверей, самку и самца, перед которыми пасуют даже Ваши таксы и превосходительный Апель Апелич. Имя сим зверям — мангус. Это помесь крысы с крокодилом, тигром и обезьяной. Сейчас они сидят в клетке, куда посажены за дурное поведение: они переворачивают чернилицы, стаканы, выгребают из цветочных горшков землю, тормошат дамские причёски, вообще ведут себя, как два маленьких чёрта, очень любопытных, отважных и нежно любящих человека. Мангусов нет нигде в зоологических садах; они редкость. Брем никогда не видел их и описал со слов других под именем «мунго». Приезжайте посмотреть на них».


Вот выдержка из другого письма:

«Мангусты уже имеют имена. Один мангуст зовётся «Сволочью» — так, любя, его прозвали матросы; другой, имеющий очень хитрые жульнические глаза, именуется «Виктором Крыловым» [плодовитый, но бездарный драматург, пьесы которого Чехов не любил], третья, самочка, робкая, недовольная и вечно сидящая под рукомойником, зовется Омутовой [артистка, игравшая в пьесе Чехова «Иванов»]».

Потом у Чеховых остался только один мангуст, Сволочь. Это был чудесный зверёк. Он быстро приручился и стал вести себя в доме полным хозяином. Он исследовал каждую щель, лазил по столам и осматривал всё, что там лежало, перелистывал книги, заглядывал в чернильницы и даже макал в них лапки и потом оставлял следы. А еще мангуст любил обследовать карманы. Представьте себе картину: приходит гость, садится на стул. Вдруг к нему на колени прыгает зверёк размером с подросшего котёнка и начинает выворачивать карманы его пиджака, интересуясь каждой вещью, находящейся там. У женщин он разбрасывал сложенные в причёску волосы и вынимал все шпильки и гребёнки. Если мангуст находил дырку в обоях, то немедленно разрывал её ещё больше.

В 1891 из усадьбы Богимово под Калугой Чехов писал сестре:

«Торопись ехать домой, так как без тебя наше интензивное хозяйство пришло в совершенный упадок. Есть нечего, мухи одолели, из ватера идут удушающие миазмы, мангус разбил банку с вареньем и проч. и проч. <...> Скорей приезжай, ибо скучно чертовски. Сейчас поймали лягушку и дали мангусу. Съел».

У себя на родине мангусты уничтожают ядовитых змей. Эту способность зверёк продемонстрировал летом на даче в Богимове. Как-то в парке из травы выползла большая змея. Михаил Павлович, брат, писателя, сбегал в дом и принёс мангуста. Сначала он, сжавшись в комок, как ёжик, долго смотрел на змею, затем прыгнул и перегрыз ей голову. Мангуст очень любил людей и, когда его оставляли в одиночестве, буквально плакал. Когда же кто-нибудь входил в комнату, он прыгал и ласкался, как собака. А ночью обязательно спал на чьей-нибудь кровати, причём мурлыкал, как кошка.

Однажды мангуст пропал, но вскоре нашелся.

Из письма А.П. Чехова А. С. Суворину (4 июня 1891 г., Богимово):
«Мангус нашёлся. Охотник с собаками нашёл его по сю сторону Оки, против дачи Снигирёва, в каменоломне; если бы не щель в каменоломне, то собаки растерзали бы мангуса. Блуждал он по лесам 18 дней. Несмотря на ужасные для него климатические условия, он стал жирным — таково действие свободы. Да, сударь, свобода великая штука».


Это был очень забавный, ласковый зверек, однако настолько любопытный и непоседливый, что хлопот и забот с ним было, пожалуй, не меньше, чем радостей.

«В комнатах, — рассказывала сестра писателя Мария Павловна, — всегда царил беспорядок, все было разбросано, земля из цветов почти каждый день выгребалась, посуда билась, все завязанное и завернутое разворачивалось и разрывалось… Решено было отдать его Московскому зоологическому саду, в котором, кстати, не было экземпляра такого зверька. Я сама отвезла туда нашего милого мангусика и сдала администрации. Потом в свободное время я ездила в зоологический сад и навещала зверька. Разговаривая с ним, наклонишь к нему голову, и он непременно опять вынет из волос гребёнки и шпильки и растреплет всю причёску...»



В Коломбо, в отеле «Гранд Ориенталь» (Grand Oriental Hotel), в котором останавливался писатель во время своего путешествия, есть мемориальная комната-музей Антона Чехова: сохранена мебель и обстановка того времени, а на стенах – его фотографии. В главном холле отеля установлен бюст писателя. Это подарок России народу Шри-Ланки, автором памятника стал московский скульптор Григорий ПОТОЦКИЙ. Мемориальная доска на русском и английском языках сообщает, что с 12 по 18 ноября 1890 года в отеле жил русский писатель Чехов.

«Цейлон – место, где был рай, - вспоминал Чехов в своём дневнике. - Здесь, в раю, я сделал больше ста вёрст по железной дороге и по самое горло насытился пальмовыми лесами и бронзовыми женщинами».

Источники:
Бердников Г.П. Чехов. – М.: «Молодая гвардия», 1974. – (ЖЗЛ)
Здесь + Здесь
src

Last posts:
Last posts