LiveJournal TOP



enter LONG url
TOP30 users

Спорим с другом Плющевым про общего друга Дурова

dolboeb

Памяти Клода Адриана Гельвеция посвящается

Я люблю своих друзей и коллег. Могу сказать, что мне очень повезло и с теми, и с другими, причём зачастую в одном лице. А ещё я люблю с ними спорить, потому что в дружеских спорах, в отличие от злобных конкурентных срачей, так любимых коллегой Бершидским, рождается истина. И самое любимое моё занятие — спорить с одними друзьями-коллегами про других.

Вот ездили мы давеча с Варламовым в Тоскану с Лигурией, и было там прекрасно и празднично, в Пизе, Лукке, Форте, Чинкветерре. Но больше времени, чем купанию в Лигурийском море, хождению по церквям и музеям, плаванию на катере вдоль Пятиземья, шоппингу или фотоохоте, мы посвятили бесконечным итальянским застольям, в ходе которых за кьяниной и Vermentino, а ближе к вечеру — так даже и за граппой с вискарём, часами спорили о наших друзьях-коллегах: Алексее Навальном, Артемии Лебедеве, Максиме Каце, Дмитрии Гудкове... Не спорили только о Павле Дурове, потому что по этому вопросу у нас с Варламовым такой широкий консенсус, что один может за другого любую фразу продолжить. Про снятые в этой поездке фильмы напишу отдельно, но вот вам премьера варламовского видео, которого никто ещё не видел. Оно весёлое, реально. Собственно, вот:

Зато с моим другом и теперь уже дважды коллегой Сашей Плющевым мы про Павла Дурова целую неделю заочно спорили. Потому что мнения наши разошлись тут радикально. Слава Богу, вчера господин Жаров поставил в нашем споре жирную точку, пора итоги подводить и делать выводы.

Саша Плющев топил за то, что блокировка Телеграма Роскомнадзором — вопрос решённый и дело нескольких дней, что моя позиция по этому вопросу неуместно легкомысленная, потому что LinkedIn был только разминкой, и уже когда его блокировали, то знали, что это просто пробный шар перед серьёзным делом: запретом Telegram, за которым последуют и Twitter, и Facebook.

Я говорил вещь прямо противоположную: что чем громче Жаров шумит в публичном пространстве, тем, значит, меньше он способен предпринять практических шагов в том направлении, о котором столько говорит.

Плющев опирался на банальную конспирологию, а я — на завет Клода Адриана Гельвеция о том, что знание некоторых принципов избавляет от необходимости знания многих фактов. Конспирологию я просто не люблю, ибо верю, что нашим миром, по слову Пелевина, управляет не тайная ложа, а явная лажа. Роскомнадзор столько этой лажи напорол за 5 жаровских лет, что сомневаться в этом может только очень наивный человек.

При этом Саша Плющев совершенно прав в одной вещи: в деятельности государственных запрещалкиных есть некая твёрдая историческая логика, сказавший А и Б обязан продолжать дальше по алфавиту, ни один пакет Яровой или закон подлецов не был отыгран назад, движение поступательное, целенаправленное, концепция ясна, следующие станции российской политики в области Интернета — Ашхабад, Ханой, а там уж и Пхеньян.

Это всё правда святая, и я сам об этом сто раз писал. Что вслед одному неработающему запрету примут второй, и третий, и пятый, и однажды останется один кабель на зарубеж, ростелекомовский, потом рубанут и его, а дальше им предстоит осознание невыученных уроков КПСС, что свободное общение миллионов людей между собой — харам, даже если оно происходит на российских площадках, под надзором ФСБ, при постоянной слежке и непрерывном доносительстве. Придётся тушить свет и в Mail.Ru Group, а в Рамблере он и сам собой уже гаснет... К этому времени уже последние остающиеся в Москве топ-менеджеры ИТ-отрасли присоединятся к Воложу и Дурову — там, где власть ценит, а не уничтожает интернет-бизнес.

Но только это общий принцип закручивания гаек, а есть ещё один частный принцип устройства российской политики, в котором мы бесконечное количество раз убеждались, в том числе и на примере самого Павла Дурова. Помните, как его мочили с самого начала 2013 года? Из всех калибров вели огонь, включая такие источники, которым логично было бы Дурова как раз защищать. Был вброс компромата в «Новой газете», была история про сбитого милиционера (кстати, где он?), был враждебный выкуп паритетного пакета ВКонтакте сечинским карманным фондом, были люди, ходившие по топ-блоггерам с конвертами в уплату за статьи, как Павел Дуров ворует и транжирит деньги своей компании. Этих ребят блоггеры, кстати, послали, в отличие от по сей день анонимного источника «Новой газеты». В какой-то момент стало известно, что причиной наезда на Павла Дурова является его последовательный отказ сливать пользовательские данные и закрывать группы сторонников Навального, и заказчиком его выдавливания является всемогущая Контора, оскорблённая его несотрудничеством...

То есть ощущение было такое, что Павла Дурова должны турнуть из ВКонтакта или посадить для острастки со дня на день. Тем более, что вопрос о его должности находился в компетенции Алишера Усманова, который, как всякая звезда русского Форбса, уязвим донельзя по разным своим бизнесам, и очень много кого успел слить, например, в ИД Коммерсантъ, за год до начала травли Дурова. Так что не проходило недели в 2013 году без гаданий: Дурова уже сняли/посадили, или ещё нет? Половина слухов про то, что Павел Дуров «сбежал из страны» размещалась в СМИ за конверты, но другая половина питалась совершенно искренним непониманием, почему он так долго держится, когда противостоят ему и башни Кремля, и ФСБ, и совладелец ВК, фонд измещением в 3,5 ярда на тот момент, то есть деньги, которые тоже умеют быть убедительны.

Однако, как мы помним, Алишер Усманов упёрся тогда рогом, и Дурова не сдал. Вот спросите себя, почему он мог себе такое позволить, и тут же Клод Адриан Гельвеций подскажет ответ. Не сдал, потому что мог не сдавать. А если этот весьма трезвомыслящий, осторожный и информированный олигарх считал, что может себе позволить не сдавать Дурова, то это значит, что давление на него было слабовато. То есть он знал, что, во-первых, решение по Дурову находится в компетенции Первого Лица, а во-вторых, это решение Первым Лицом не принято. Это знание было ему и необходимо, и достаточно, чтобы держать оборону. А держать оборону его учили ещё в узбекской тюрьме, там правило строгое: уступка наезду не снимает давления, она его только усиливает. Если ты дал слабину, то этим сразу многие вокруг захотят воспользоваться. Капитулировать можно только перед одним человеком в стране, остальных можно слать лесом. Эти остальные прекрасно знают, где их потолок, и все их провокации — дешёвая разводка. Алишер ведь и сам бывал на другой стороне этой линии фронта, когда пытался забрать Яндекс у его акционеров и влить в свой с Мильнером фонд. Тогда Алишер изображал посланника Кремля, а Волож, наоборот, отбивался и отбился, найдя правильные рычаги — и сразу же после этой истории пошёл на IPO, после которого рейдерам с ним связываться стало себе дороже. Потому что разорять компанию, торгуемую на NASDAQ, — это грабить американских вкладчиков, и ответка от SEC и DoJ может прилететь очень зачётная, в любой точке планеты, в любой Панаме, Лихтенштейне, на Кипре, или где они там свои миллиарды зарыли... Уязвимые у нас бизнесмены в погонах, и дразнить американских гусей им себе дороже.

Так что Алишер отбивался до момента, наступление которого он прекрасно предвидел. Началась война на Украине, начались законы военного времени, и тут уже отказ Дурова от сотрудничества с воюющей стороной в деле кибер-шпионажа стал неприемлем для Первого Лица. С этой минуты Алишеру и в голову не пришло упираться, и Дуров покинул компанию. Но не в «воронке» и не в автозаке, а в большом грузовике, набитом сотнями миллионов зелёных у.е.. Часть из них он умно разместил в разных активах, про бизнес которых имеет хорошее понимание, а другую часть тратит сегодня на поддержку Telegram. Forbes после его отъезда внёс Дурова в свой реестр российских миллиардеров, опираясь на оценку его состояния в $600 млн, которую позже поднял до $950 млн. Эта оценка, смешно сказать — не сумма выкупа Усмановым 12% акций ВКонтакте, помноженная на рост каких-нибудь акций на NASDAQ, а вымышленная сумма сделки по выкупу Telegram Гуглом (такой сделки не могло быть, потому что она противоречит стратегии Дуровых), взяли цифру в миллиард из фейковой новости про этот выкуп, и вычли из неё три года содержания Telegram, про который есть мнение, что он стоит Дурову $15 млн в год. Получилось $955 млн, которые потом округлили до $950 для ровной цифры.

Но вернёмся к конспирологии Саши Плющева. В истории с паническими жаровскими набросами и письмами Татьяны на деревню дедушке Саша не увидел главного: отсутствия команды «Фас!», без которой блокировка Telegram в России не может начаться. Об отсутствии этой команды с самого верха было очень легко догадаться, потому что когда чиновник может сделать пакость — он её просто делает, без лишнего шума и пыли в публичном пространстве.

Когда чиновник шумит — значит, ему хвост прищемили. Мы это видели на множестве примеров, и во власти, и в бизнесе. Если люди, верящие в грубую физическую силу, в жёсткие меры запретительного характера, вдруг начинают пытаться поговорить с общественностью, в чём-то её убедить, доказать свою правоту — это совершенно аномальное для них поведение. Когда они начинают по любому вопросу советоваться с пиарщиком, давать интервью той прессе, которую 5 лет до этого гордо игнорировали, и разносить конверты по продажным блоггерам — значит, их штатный инструментарий дал сбой, и они хватаются за медийную соломинку, чтобы спастись от какого-то надвигающегося фейла. Не надо их воспринимать всерьёз, когда они не давали нам к этому повода. И история с реестром блоггеров, и реестр ОРИ, и история с блокировками 70.000 сайтов, и регулярные пресс-релизы раз в три месяца «Твиттер приехал к нам сдаваться», с фотками тви-менеджера в Москве — это всё очень глупая и смешная возня.

В защиту Плющева могу привести цитату из дедушки Крылова: «Страшнее кошки зверя нет». Саша в этом смысле находится в особом положении, отличном от ситуации моей, Навального, Варламова или Дурова. Саша всю жизнь проработал на московском эфирном радио. А Роскомнадзору, чтобы это радио закрыть, достаточно два раза вынести какое-нибудь нелепое предупреждение. Ленту.Ру в 2014 году предупреждали за гиперссылку на сторонний ресурс, не признанный в России экстремистским, а в 2001 — за то, что мы забыли депонировать «обязательный экземпляр» своего вебсайта в библиотеке им. Салтыкова-Щедрина.

Каждое слово, произносимое в эфире «Эха», каждый пост в блоге на сайте «Эха» может стать поводом для этого самого предупреждения, которых достаточно двух, чтобы отключить «Эху» рубильник и отобрать эфирную частоту. Так что Саше Плющеву нормально бояться Жарова как человека, который имеет должностные полномочия, чтобы оставить его без любимой работы. Я Жарова не боюсь, его блокировок моего ЖЖ я даже и не заметил, хоть их было, кажется, больше одной — но я просто их не помню, сорян. Про Ленту в 2001 помню очень хорошо, потому что тогда опасно было. А про ЖЖ в 2014 уже забыл, что там и где про Охренищенку блочили. Судьба этого ЖЖ не зависит от Жарова, только от Александра Леонидовича Мамута. Судя по последним новостям, он своё решение уже принял, и stoploss не за горами. Но это не страшно, сколько можно уже оплакивать уютненькую.

Напоследок хотел рассказать ещё один анекдот про Лёху Навального — в тему этого же сюжета, но забыл его, покуда писал всё предшествующее. Полуэкт. Вспомню — расскажу обязательно. А пока, для тех, кто пропустил, напоминаю: Роскомнадзор, обвинявший Павла Дурова чуть ли не в пособничестве террористам, услышал его любезный совет use the Google, погуглите британский ЕГРЮЛ, там всё про Telegram LLP сказано чёрным по белому. И кто акционер в существенной доле, и адрес регистрации, и место жительства акционера, и его гражданство, и финансовая отчётность. Причём все СМИ России уже обмусолили эту запись в реестре, когда заметили, что Дуров там заявился резидентом Финляндии. Только для Жарова эта страничка (обнаружимая, к слову сказать, и в Яндексе, и в Bing секунд за 7) казалась такой страшной тайной за семью печатями. Теперь тайна развеяна, и все претензии Роскомнадзора к Павлу Дурову благополучно снялись. Началась работа по внесению Telegram LLP в «Реестр организаторов распространения информации», сокращённо ОРИ. Там есть уже и Мигалин СВ с ресурсом www.pryaniki.org, и Черноморченко ДИ с ресурсом GolosIslama.Ru, так что Павел Валерьевич нынче в хорошей компании, как он любит.

Если вдруг вам кажется, что я чего-то недообъяснил про те принципы российской внутренней политики, знание которых избавляет от знания многих фактов и кремлёвских тайн, то совет мой вам прост: читайте, друзья мои, не Незыгаря, а настоящего Зыгаря, моего дорогого друга и коллегу. Читайте его проект 1917, чтобы понять, как разваливалась страна 100 лет назад, и его книгу «Вся кремлёвская рать» — о том, что происходит за гибеллинскими зубчатыми стенами сегодня. Там очень хорошо видно, как принимаются вообще все значимые решения в России, начиная с воцарения здесь Путина. И как они не принимаются (первая же глава — про вынос Ленина из Мавзолея). Этой книги более чем достаточно, чтобы отличить реальное закручивание гаек от ритуальных танцев Роскомнадзора с бубном.
src

Last posts:
Last posts